«Деньги всегда были»: экс-дорожник и его экс-жена объяснили происхождение московских квартир и золотых слитков

_{Дмитрий Сербин (стоит) в зале суда с адвокатом и бывшей женой. Фото 1743.ru}

Прокуратура Оренбургской области требует обратить в доход государства имущество, принадлежащее Дмитрию Сербину и членам его семьи — бывшей жене и детям. Этот иск рассматривался сегодня в Ленинском районном суде.

История и контекст: уголовное дело в отношении Дмитрия Сербина

Напомним, Дмитрий Сербин, возглавлявший государственное учреждение «Главное управление дорожного хозяйства Оренбургской области» и занимавший должность заместителя генерального директора государственного унитарного предприятия «Оренбургремдорстрой», обвиняется в получении взятки в особо крупном размере.

Если коротко, следствие считает, что получал «откаты» от компаний, которые ремонтировали оренбургские дороги на государственные деньги.

В апреле прошлого года Сербин был задержан в аэропорту и помещен в следственный изолятор, а 3 месяца спустя заключен под домашний арест.

Но сегодня рассматривалось не уголовное дело, а гражданское: прокурор Оренбургской области считает, что Сербин и его близкие сделали ряд очень дорогих покупок — сумма купленного значительно превысила их официальный доход. В иске фигурируют три элитные квартиры в Москве, 4 машино-места, тоже в столице, автомобили Lexus и BMW, мотоцикл BMW, да еще и слитки золота общим весом под 4 килограмма… А на какие, спрашивается, средства? Сам он, будучи директором госучреждения, таких денег и близко не получал, жена, с которой он официально разведен, вообще не работала, а дочь, служащая в налоговой, и вовсе довольствуется скромной зарплатаой.

В рамках уголовного процесса Сербин на вопрос о происхождении денег отвечать отказался, воспользовавшись 51 статьей Конституции («никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников»), а теперь, когда в гражданском процессе речь пошла о конфискации невесть откуда взявшегося имущества, рассказал обо всем подробно, хоть и очень путано.

Деньги были заработаны в девяностых-двухтысячных

По словам Дмитрия Сербина, деньги, на которые он покупал квартиры и машины, были заработаны им давным-давно. Мол, ГУДХОО он возглавил, уже будучи очень обеспеченным человеком, а деньги предпочитал хранить не на банковских счетах, а прямо наличными, в специальной сейфовой комнате своего ростошинского дома, строительство которого обошлось ему в 2 миллиона долларов.

Дмитрий Сербин, ответчик по иску:

— Это накопления, которые у меня произошли ранее.

Прокурор:

— За какой период времени накопления сформировались?

Дмитрий Сербин, ответчик по иску:

— С 1996 года по 2018.

Прокурор:

— Где эти накопления находились?

Дмитрий Сербин, ответчик по иску:

— У меня находились, дома. В наличной форме… Если посмотреть мою трудовую деятельность, которую я начал в 96 году, я ее начал с финансовой компании. Потом работал в банках, параллельно занимался бизнесом.

Помимо налички в сейфовой комнате, имелось у него и много недвижимости. Вот, например, мотоцикл BMW он дочке подарил, продав офис.

Дмитрий Сербин, ответчик по иску:

— У меня была сделка по продаже на улице 8 Марта офиса, официально. Мы передали ей эти деньги в том числе.

А автомобиль той же марки для сына — это имущество с востока области.

Дмитрий Сербин, ответчик по иску:

— Я ему дал эти денежные средства.

Прокурор:

— А у вас они откуда?

Дмитрий Сербин, ответчик по иску:

— У меня эти денежные средства от продажи земельных участков, которые были в Новотроицке.

Подрядчик дает взаймы сотню миллионов, но конфликта интересов здесь нет

Еще одним источником дохода оказались деньги, которые семье Сербиных взаймы давали… Ну, партнеры по деятельности, скажем. Например, директор орской компании «СоюзСтрой» Владимир Пиголев. Аж 100 миллионов! Не подарил, а дал взаймы на будущий бизнес, но под очень щадящий процент — 7% годовых.

Почему дал? Ну, старые отношения. Не рабочие даже, а приятельские.

Прокурор:

— Вы, вообще, Пиголева давно знаете?

Дмитрий Сербин, ответчик по иску:

— Да, давно. По банку еще знаю: работал в банке, были орские клиенты, вот с ним, как клиентом, в первый раз встретился. Потом, когда работал в «Оренбургремдорстрое», больше мы взаимодействовали.

Прокурор:

— А у вас какие с ним взаимоотношения?

Дмитрий Сербин, ответчик по иску:

— Приятельские. Он был дома у меня, я был дома у него. В Москве наши дочери знакомы… Я планировал завершить карьеру, переехать в Москву. Поэтому мы проговорили, что можно посмотреть там создание какого-то бизнеса. У меня была идея там либо с ним бизнес создать, либо создать самостоятельно.

Итак, Сербин получил от Пиголева 100 миллионов взаймы. По логике, должен был отразить это в декларации, которую сдавал, как госслужащий. Но не отразил — почему? Да потому, что деньги Пиголев передал не ему, а его жене Анне — точнее, бывшей жене, они официально разведены, но живут под одной крышей и хозяйство ведут общее.

Судья:

— Вы отражали [эти 100 миллионов] в декларации?

Дмитрий Сербин, ответчик по иску:

— Нет.

Судья:

— Почему не отражали?

Дмитрий Сербин, ответчик по иску:

— Потому что я их передал своей бывшей супруге.

Судья:

— А на супругу декларацию не оформляли, поскольку в официальных брачных отношениях не состояли?

Дмитрий Сербин, ответчик по иску:

— Да. Договор же с Анной Геннадьевной был, не со мной.

При этом сама Анна Геннадьевна утверждает, что лично она тех денег у Пиголева не просила, да и знает его еле-еле, три раза в жизни видела.

Судья:

— Как так получилось, что человек, которого вы видели 3 раза, занял вам 100 миллионов рублей?

Анна Сербина, соответчица по иску:

— Ну, он же занял фактически по договору с Дмитрием. То есть, понимаете, вот у меня есть муж. С которым хоть я ругаюсь, хоть развожусь, я с ним 32 года вместе, я ему доверяю безгранично. Он мне сказал, что он договорился с Пиголевым.

В общем, ситуация, мягко говоря, некрасивая: человек, участвующий в распределении бюджетных денег, берет взаймы у приятеля, который эти деньги осваивает… Впрочем, сам Сербин уверен, что ничего противозаконного здесь нет, нет и конфликта интересов.

Дмитрий Сербин, ответчик по иску:

— Не было конфликта интересов. Я считаю, что не было.

Миллионов было так много, что возникла путаница

Помимо Пиголева, деньги Сербину (точнее, опять-таки его бывшей жене) давал и Павел Скляренко, директор оренбургской компании «Правовой партнер», который сейчас тоже проходит по уголовному делу как взяткодатель. И сумма была солидной — 97 миллионов 200 тысяч рублей. Тоже на открытие бизнеса в Москве. Судья даже удивился: что же за бизнес такой - и накоплений было много, и недвижимости еще непроданной полно, и почти 200 миллионов занимать… Сербин ответил: приценивался к покупке какого-нибудь столичного торгового центра.

Когда суд стал разбираться, кто и какую сумму давал семье Сербиных, возникла путаница: они и сами не смогли внятно объяснить, какие деньги откуда взялись.

Судья:

— Что вам известно о происхождении 97 миллионов 200 тысяч рублей?

Анна Сербина, соответчица по иску:

— Мне их дал Дмитрий. Я их получила от Дмитрия. Если мое участие нужно, то…

Судья:

— Ваше участие непосредственно… Почему задаем вопрос — вам же эти деньги на счет поступили!

Анна Сербина, соответчица по иску:

— Я их получила от Дмитрия.

Судья:

— То есть вы от Дмитрия, а откуда Дмитрий получил?

Анна Сербина, соответчица по иску:

— Ну, я была уверена, что это его деньги.

Какое-то время стороны пытались распутать этот клубок, но в конце концов Анна Сербина ответила: муж всегда очень хорошо зарабатывал, и о том, откуда деньги брались, она не особенно задумывалась.

Прокурор:

— Это другие 90 миллионов. Вот объясните, эти денежные средства откуда образовались?

Анна Сербина, соответчица по иску:

— Ну, это тоже накопления. Я вот не знаю, как донести, что деньги были всегда!

И, судя по всему, деньги очень немалые: в такой массе могли затеряться, например, 25 миллионов.

Прокурор:

— Расписка какая-то оформлялась или не оформлялась?

Анна Сербина, соответчица по иску:

— По передаче 25 миллионов? Ну нет, у нас же 100 уже были в договоре указаны.

Прокурор:

— То есть вообще никакой расписки не было?

Дмитрий Сербин, ответчик по иску:

— Ну, я не знаю, не помню вообще.

В конце концов было решено объявить перерыв: к обсуждению крайне запутанных финансовых дел семьи суд вернется через 10 дней. За это время Сербиным предстоит собрать все документы, включая договоры, расписки и прочее, чтобы отвечать на прямые вопросы боле уверенно.